Житие несвятых литераторов 2 глава Прерванный полёт
Эпиграф
"Местная лягушка чужих не признаёт
Лишь она в своём болоте водит хоровод
Если кто-то из приезжих лучше песенку споёт
То его квакушка эта обязательно сожрёт".
А не сходить ли нам друг мой в литературный клуб местного значения предложил мне Женька. Так сказать "Себя показать, других посмотреть". Надо культурно провести время раз мы выбрались из тайги в цивилизацию. Надо тебе показать свои стихи местным пишущим. И мне будет развлечение, без тебя я в такое общество сам не пойду. Может мне Господь даст шанс встретить там хорошенькую поэтессу, и закрутится любовь словно в сказке.
Поздоровавшись, присели на стулья в последнем ряду, удобно, ты смотришь на всех, а тебя не видно. Послушаю, что будут читать. Представляют книгу стихов местного поэта Алексея Гарпунова, особого восторга нет. Мат на мате, для чего издана, или для кого? Автор книги не присутствует, может стыдно? Обсуждают книгу без автора, что на мой взгляд не прилично.
Я слышал что его Анна Каева представляла публике на местном телевидении.
Следующий показ – читает свои стихи парнишка, недавно приехавший из Чехословакии. Он говорит вперемешку, путая слова...
"Ты шла по асфальту, цокая ногами"...
Женщины его поправляют: цокают каблучками, смеются. Женщина! Самый главный критик, её не обманешь. Слово дают мне, выхожу, смотрят. Это не мужикам стихи читать, здесь уровень выше.
Читаю текст Бутугычаг
Что впереди нас ждёт, как знать?..
Этап идёт Долиной Смерти.*
Нам в этой снежной круговерти
К теплу тропы не отыскать.
Во Славу чью мы здесь легли?
Мы здесь свой срок посмертно тянем...
Мы никогда уже не встанем,
Не спросим – что ещё должны?
Мы не последние сыны
И дочери твои, Россия!
Скажи, за что ты к нам не мила?
Озвучь нам наши все грехи...
Как Мать в объятья нас прими,
С любовью всем в глаза взгляни...
Скажи, что всё ты нам простила,
Признай, что дети мы твои.
В долине замёрз этап – число погибших неизвестно. Возможно,
это миф.
Мне повезло, этот текст перевёл на свой язык известный болгарский поэт и писатель Красимир Георгиев.
Я ему очень благодарен. Перевод текста, это награда для пишущего, что тебя заметили.
Показываю ещё о Магадане:
Берёзы золотой наряд
Сентябрь, месяц на исходе,
Верх сопок снегом замело,
Сезон закрыт, артелям – воля.
Золотая Колыма – Планета чудная,
Стала ты опорой нам в минуту трудную...
Мы за птицами летим – на юга,
Вновь вернёмся сюда – в холода.
Здесь поменяло время всё,
Теперь сюда – без принужденья...
Здесь есть рабочие места,
Здесь есть места для поклоненья.
Мы не забудем, кто прошёл
Тернистый путь и не сломался,
Кто человеком был рождён, –
И человеком здесь остался.
Ночей Колымских белый свет
Поспорит с питерским, даст форы.
Не сеем хлеб, здесь промприборы
дают стабильно для казны
Запасы золота… – основа
Благополучия страны!
Всего в словах не рассказать… –
Кто здесь бывал, тот возвращался.
А кто не смог, тому вовек
Забыть, что видел, – не удастся.
Золотая Колыма – Планета Чудная.
Чтобы не утомлять этим, перехожу на любовную лирику:
Я промолчу о том, что в жизни прошлой было...
Кого оставил сам, за кем захлопнул дверь...
Мне наплевать что я, не первый твой мужчина,
Мне плохо без тебя. Не веришь? Что ж, не верь.
Как хорошо что мы, в тот час не разминулись,
Последний шанс для тех, кому под пятьдесят...
Поверь, я никогда, выспрашивать не буду,
О ком тебе пришлось, когда то тосковать.
Я верил что найду тебя моя родная,
Всё о себе скажу смотря в твои глаза*...
Мне повезло что ты, на свете есть такая,
Не веришь? Что ж, не верь, но знай – люблю тебя.
Приятно ущипнуть за эти струны души, напомнив о былом. Женщины в восторге, хлопают в ладоши, кто-то ведёт съёмку на телефон. Ну всё, моё Эго счастливо...
«Пускай я сдохну, только... нет, не ставьте бюст мне в Магадане!»
C. Есенин просил - "не ставьте памятник в Рязани", я пошутил иначе.
Читая очередной текст замечаю как ведущая лит клуба Валя Парасевич делает жест рукой пожилой женщине сидящей в зале, та незамедлительно встает и объявляет "Достаточно, надо заканчивать". Публика поднимается и расходится.
Я стою посреди зала. Я ни разу не видел такого отношения к себе в других местах.
Мне всё ясно, техничное оскорбление. Публика расходится.
Валентина подходит ко мне и протягивает книгу. Вот возьмите на память, в подарок, мои стихи. И желая сгладить нанесённое оскорбление делает мне комплимент, " Я помогу вам опубликовать ваш текст о Магадане, пойдёте в газету называется Хасынский Тракт к Надежде Суботыкиной, скажите от меня. Напечатают обязательно.
Это вторая книга которую мне здесь дарят. Первую, "Колымские рассказы" Варлама Шаламова мне подарил Андрей из Ягодного.
Мы все вместе выходим из библиотеки имени А.С. Пушкина и прощаемся, чтобы уже не увидится никогда.
Женька говорит много и возбуждённо, поздравляет меня с успехом. Видишь, не зря пришли, обещает помочь тебе эта женщина. Ты здорово читал стихи, все тебе хлопали, я думал что и руки поотбивают. А я вот таким талантом похвастаться не могу, уже с грустью в голосе говорит он.
Посмотрим как поможет, ты обратил внимание на концовку мероприятия?
Да, что-то некрасиво получилось, соглашается он, и тут же заступается за своих местных. Ты знаешь, это же провинция, здесь всё или многое по дружески, без фамильярностей.
Ты знаешь, Женя есть такая пословица "Встречают по одёжке а провожают по , стихам, прерывает меня он, тебе рукоплескали, что тебе ещё надо?
Женька меня не понимает, или делает вид, защищая своих. Я не желаю ему объяснять, это не он стоял посреди зала как оплеванное посмешище. Это не ему прервали творческий полёт.
......
Продолжение следует
© Виктор Белоконь, Дом Поэта, 15.08.2025
Свидетельство о публикации: M-MH № 447897078
Нравится | 0
Cупер | 0
Шедевр | 0
Рецензии
RSS лента рецензий этой записи