Бедная Исидора
вздымаешь руки на крутизну волн:
тело как стон,
движеньем мизинца разбит канон.
царит внезаконие асимметрии,
аффинная геометрия
не уступит постылому метру.
раз два три, раз два три…
назад не смотри
— там дети плачут
в штормовой качке.
лучше слезы утри…
душа скользит на излом,
любимых духов флакон
разлит по затоптанному паркету.
неверных апологетов
похвальное слово
мечется бестолково
по кухне, гостиной, столовой,
и снова как по лекалу
возвращается в тёмную залу.
изъян пиететов,
бахвальство эстетов,
война менуэтов,
сонеты,
поэты,
да все не про это…
ПРОВАЛ!
гастролей финал
не прозвучал.
и сцена пуста:
осталась одна,
раз два…
но снова жива
и снова жена.
КРУТИ ПИРУЭТ!
из кухни доносится запах котлет,
а в комнате строится жизни макет
— C НИМ
медовый нимб
украшает грешника:
надо отметить вешками
моменты счастья,
а шрам на запястье
укроется пластырем,
в виде хлястика.
раз два три, раз два три
— дверь затвори.
на хрустящей наволочке
кудри сияют золотом
а сердце в груди,
как по наковальне молотом.
любовь уже пронзила стилетом
клетку скелета
исподтишка, незаметно,
почти бескровно.
под кожи покровом
никто не увидит, как тебе больно
— это прикольно.
шерстяной хитон
обнимает талию
нежно, почти как ОН
— красивый, маленький.
лакомый купидон
любовь раздаёт ведрами.
босоножка с полными бедрами
танцует ему Эвридику,
а публике дико,
что так откровенно
колени открыты.
ну да, деревенский нехитрый плейбой,
а ты его сразу в постель и домой.
золотая голова
солнцем лучит,
сердце бедное стучит,
как кулак в закрытую дверь.
успокойся, не верь,
не станцуется HAPPY END,
не по нраву ему полынный абсент,
впитавший аниса и мяты акцент.
его взгляд приветлив и светел,
только в глазах вместо неба пепел.
вы искры одного пожара,
изнедуг того же угара,
Разве что, у него своя боль,
своя смоль,
свой стон
— не получится в унисон.
© Рита Инина, Дом Поэта, 06.06.2026
Свидетельство о публикации: C-LB № 833350063
Нравится | 0
Cупер | 1
Шедевр | 0







Рецензии
Когда читаешь эти поэтические строки, чувствуешь двойственное настроение. С одной стороны оно трагичное (провал, война, шрам, пепел в глазах). С другой, оно уже ироничное, саркастическое («это прикольно», «деревенский нехитрый плейбой»).
Исидора — отсылка к Айседоре Дункан, танцовщице, чья жизнь была полна страсти, трагедий и свободы. Это задаёт тон всему тексту: героиня — артистка, живущая на грани.
Танец и сцена — метафоры жизни:
«КРУТИ ПИРУЭТ!» — призыв продолжать, несмотря на провал;
«гастролей финал не прозвучал» — незавершённость, неудача;
«сцена пуста: осталась одна» — одиночество после яркого выступления.
Асимметрия и геометрия — символы нарушения гармонии:
«царит внезаконие асимметрии»; «аффинная геометрия не уступит постылому метру» — отказ от строгих правил, где бытовые детали как противовес трагедии: запах котлет; пластырь в виде хлястика; хрустящая наволочка. Здесь же мы видим боль и её маскировку: «шрам на запястье укроется пластырем»;
«никто не увидит, как тебе больно — это прикольно» (ирония как защита).
Одна из самых интересных и неожиданных смысловых находок автора – противопоставление «высокого» и «низкого»:
«медовый нимб украшает грешника»; «босоножка с полными бедрами танцует ему Эвридику» — соединение мифа и обыденности. Что касается самого образа «возлюбленного (Есенина – А.С.): «красивый», «взгляд приветлив и светел»), но по глазам читается внутренняя опустошённость («в глазах вместо неба пепел»).
Мотив несбывшегося счастья привносят фразы
«не станцуется HAPPY END»; «не получится в унисон» — невозможность гармонии. А пируэт (попытка сохранить равновесие), шрам (след травмы), пепел в глазах как утраченная надежда говорят нам о символике той прекрасной и трагической далёкой советской эпохи 20-ых годов прошлого столнтия.
Ирония и сарказм: «это прикольно» о скрытой боли; снисходительное описание возлюбленного («деревенский нехитрый плейбой») свидетельствуют нам о том, что американская танцовщица честно пыталась любить рыжеволосого русского поэта и хулигана и, вероятней всего, любила.
«Раз два три, раз два три» — как счёт в танце, задающий ритм жизни, где семейная жизнь не сложилась, не взирая на старания первой. А повтор «назад не смотри» — мотив бегства от прошлого.
По сути, стихотворение делится на несколько смысловых блоков:
Начало: образ Исидоры как артистки, нарушающей каноны («движеньем мизинца разбит канон»).
Провал: сцена пуста, героиня одна, но продолжает жить («снова жива, снова жена»).
Быт как убежище: запах котлет, строительство «жизни макета» — попытка найти опору.
Любовь и боль: скрытая рана, ирония как защита.
Разочарование: возлюбленный красив, но пуст внутри («в глазах вместо неба пепел»).
Финал: осознание невозможности гармонии («не получится в унисон»).
Подводя итог, можно сказать, «Бедная Исидора» — это поэтический монолог о женской судьбе, где: театр жизни сменяется бытовым ритуалом; боль прячется за иронией; красота соседствует с пустотой; ожидание счастья сталкивается с реальностью. Лирическая героиня, подобно Айседоре, пытается кружить в пируэте, даже когда сцена пуста, а за дверью остаются плачущие дети и шторм. Но в конце остаётся главное: она жива — и это уже победа.
Да, это сейчас (по тексту стихотворения), но потом, когда Дункан случайно из газет узнаёт о смерти Есенина, то жить ей остаётся недолго. Любимый длинный красный шарф одним концом наматывается на колесо автомобиля, и шарф, как опытный питон, как удавка, тотчас душит её…
RSS лента рецензий этой записи