Азбука
как-то знаем алфавит,
по порядку буквы чинно
знают, кто за кем стоит.
Никогда там нет вопросов,
не нарушат чёткий строй,
но однажды слух завёлся,
что не должен быть такой!
Зашептали буквы словом,
в предложения сплели,
подрывать свои основы
стали «жи» и даже «ши».
Началось у них с простого,
возмутился твёрдый знак, –
мол, с хрена с него какого
должен с краю я стоять?
Я начальник, даже мягкий
после «ы» стоящий знак,
подчинён мне брат мой младший,
посмотреть на это как?
Ну, братан, конечно, в драку,
«Приближён я к букве «я»,
мол, с другого выше края
и первее мы всегда!
Буква «я» во всю сказала:
«Я вам, дурни, не родня,
потому, как словом знатным
представляюсь, хоть одна!».
«Э» и «ю» за ней воскликнув,
объяснили свой черёд:
«С буквой «я» мы быть привыкли,
зад наш всё-таки – перёд!
Все шипящие восстали:
«Мы-то хуже что ли всех?
Что ж зазря в строю торчали,
укрепляя слово «смех»?
Вы попробуйте смеяться
без поддержки буквы «ха»!
Бякать будете, плеваться…
Значит, мы первей всегда!
И смертелен быт без смеха,
а особенно в стране,
где все дни одна потеха
проводить весь век в борьбе!
Мы, хоть буквы, нам известно
слов пустых огромный вал,
с болтовнёй по чину место,
от того, как что наврал!».
Средний строй молчал прилично,
на первейших поглядал,
мол, в опасности отчизна,
говори же – генерал.
«А» и «б», проснувшись поздно,
букву «и» схватив с собой, –
отвечали всем серьёзно
строго глядя в общий строй:
«Вам, какого чёрта надо?
Перейти охота в мат?
Вас писать, тогда, где станут,
где вас будут возглашать?
Неужели чётким строем
плохо вам в слова ходить,
ничего, что с геморроем
брехни старые вопить.
Мы вон с «бе» сидим, как прежде
на трубе, и не сбежать!
С «и» приходиться, конечно,
дым общественный глотать.
И, по-вашему, мы значит
не достойны первых мест?
Да по вас «бутырка» плачет,
в Петербурге ждёт и «крест».
Покажу вам «я» расклады!
Вот уж едет оборот, –
он с причастьем всех пригладит,
в запятые всех возьмёт!
Он надзоры возглавляет
он из Речи, чтоб вас так!
Выше кто? – Он всем расскажет,
по закону, так сказать!
И не вздумайте соваться,
суд в Гааге дорог вам.
По судьбе вам пресмыкаться,
служба верная словам.
Там свобода, – как построят,
как тебя произнесут,
исковеркают до боли,
так гуляй из буквиц люд.
Говорят большие гуру,
вами Речь свою ведут! –
Бунтовать? – Вы, что рехнулись?
Психбольницы всех вас ждут!
Так что лучше помолчите,
дайте, словом побрехать.
В этом есть специалисты,
пустомели, так сказать.
Вон их, сколько на трибунах,
с болтовнёй разносят вас!
Так что тихо и без думок,
выполняйте соцзаказ.
Как построят, так и стойте,
ну и пусть испортил гад, –
вы по чину им позвольте,
а то выбросят опять!
Я-то первою останусь,
от Кирилла, сколь реформ
пережить нам всем досталось,
сколько правил, сколько норм?
Только толку, право ж, нету,
речи водят, как хотят!
И с незнанием предмета
всей страной руководят!
И мне кажется порою
не по нашенски нам врут.
Мрут уж русские душою,
поселился в души плут!
Что поделать? – Я не знаю!
Засоряют нашу речь!
Остаётся буквам старым
строй недвижимый беречь.
Пусть в словах заврались люди,
букв оставят тридцать три,
по порядку тем, кто будет
не для шкуры, – для страны!»
Все мы азбуке учились,
знаем как-то алфавит!
По порядку буквы чинно
знают, кто за кем стоит.
28 мая 2004
© Николай Гончаров, Дом Поэта, 12.07.2025
Свидетельство о публикации: U-GM № 444425660
Нравится | 0
Cупер | 0
Шедевр | 0
